Дни
Они пролетают. Не замечаю.
Мимо прохожий проходит, кивая.
Не замечаю и пропускаю
Друга. И недруга. Брата. Блуждаю.
Не нахожу, что искал. Зависаю
В безмерном пространстве.
Недоумеваю.
В состоянии бранства.
Дальше бегу. Не успеваю.
Минуты теряю. Дни проживаю.
Месяцы, годы и дальше… Скучаю.
Жалею. Не умираю. Переживаю.
Остановился и наблюдаю.
Они ожидают.
Друга встречаю. Сестру обнимаю.
Я не бегу – они не серчают.
По мостовой я шагом шагаю.
Солнце сияет. И я замечаю.
И птицы, и ветер. И… обожаю.
Шагом шагаю. Шагом шагаю.
* * * * *
Поезда
Занавески. Окошко поезда.
Человек с гитарой и песнями.
Карты, споры и ругань донельзя.
Тесно. Чай. Старики со сплетнями.
Еду в общем, но очень радостно.
Люди смотрят и удивляются.
На душе вчера было пакостно,
А сегодня погода меняется.
Стук колес. Уходим от города.
Слёзы, думы, переживания.
Они многие уж не молоды.
Старят с близкими расставания.
Жизнь кидает нас во все стороны,
Меня ждут, а кого-то – нет.
Засыпаем на вокзалах голыми.
Поезда – лабиринты бед.
* * * * *
Был человек
Был человек — и нету.
Как могло такое случиться?
Я вчера ещё ему жал руку,
Мы курили одну сигарету.
А сегодня — как небылица,
Только страшная очень что-то.
И в глазах моих только слезы,
Никакого не хватает духа,
А всё хочется уйти, забыться.
Но тихонечко шепчет кто-то,
Что увянут любые розы,
Что закроются любые ресницы,
Чистый пруд превратится в болото
И замерзнет в лесу синица.
Это жизни метамарфозы.
Вот зеленый сменяет кразный,
И растение тянется к свету.
Но мы люди, и это ужасно:
Был человек… и нету…
* * * * *
Моё плохо
Моё плохо разбилось разом
О столетнюю эталонность
И масштабами госзаказа
Превратилося в принужденность.
Есть обязанность, устремление,
Ну а я никому не обязан.
Моё плохо – не поражение
И не выполненье приказа.
Спиралевидная траектория -
Моё плохо на ней отмечено:
География и история –
Всё, конечно же, засекречено.
В глубине души – расшифровка,
Там штрих-коды изготовителя,
И просчитана калибровка,
Указатели даны к обители.
Моё плохо не спрячешь, не выкинешь.
А оно, между тем, однобоко.
Но из клетки не выйдешь, не впрыгнешь.
Моё плохо – моя эпоха.
* * * * *
Мои мысли меня связали
Мои мысли меня связали
Веревками прытких словечек.
Мои мысли меня растерзали:
Не человек я, а человечек.
Они сделали меня фальшивым,
Заставляя бояться натуры.
Мои мысли – они так лживы
В своем искусстве карикатуры.
Мои мысли сотворили планету,
Которой быть не должно бы.
Ветхий и новый заветы
Переписаны ими, оба.
И в других переписанных книгах
Мифы заняли место реалий.
Все легенды, стериотипы –
Это запахи мыслефикалий.
Но мы дышим воздухом этим,
Подменяя сущность пустышкой.
Мифоидолы на рассвете
Усердно бреют наши подмышки.
Мои мысли рождают мифы,
Мифы кушаются наура.
Мой корабль идет на рифы,
Эти рифы есть миф, мишура.
Но, как кажется, всякая пища
Осчастливит желудки нищих.
Если голодны вы, друзья, -
Ешьте мифы, их делаю я.
* * * * *
Как я чуть не стал Богом
Набирают они мой номер.
По привычке, отвечаю быстро.
Чей-то голос в далеком доме
Принимает меня за министра.
«Так и так, — говорит, — Бог умер».
Я молчу, не подавая вида.
«Обсуждался вопрос в Госдуме,
В третьем чтении постановила:
Богом будете Вы покамест,
Чтоб народ не упал вдруг духом.
Единогласно одобрил Парламент,
Буду Вашим теперь главбухом».
Я хотел было отказаться,
Но услышал гудки в телефоне.
Нужно с «ангелами» встречаться
По полуночи на балконе.
Получилось, ошиблись Богом.
Я фальшивый и знаю сам:
Есть у Бога своя дорога.
Рано мне еще в небеса.
И себя возомнили люди,
Кто Иисусом, кто божеством.
Я не знаю, что с нами будет,
Коли Богом так стать легко.
* * * * *
Узоры из бисера
Я плету узоры из бисера,
Как мозаику собираю
Одну дамочку, рядом мистера,
Руки их соединяю.
Но слоняюся, ища истину,
По свободам, по полушариям,
По всецветному миру бисерному
Я скитаюсь, обнимая талии.
И цепочку фактов высыплю,
Не объясняя деталей
На вопрос я ответом выстрелю,
Чтоб другие сразу отпали.
А та дамочка красотою лепа.
Будет парочка у них с мистером.
Только в песне куплетов нету,
И кончаются крупинки бисера!
* * * * *
Надевает мачеха платье
Надевает мачеха платье
На моё невинное тело.
И не думаю ей мешать я:
Она делает своё эго-дело.
Платье жутко мне жмет, ей-богу,
А «застёжки» все же сошлись.
Танцевать! Не придет подмога:
Мои сестры, знаю, сдались.
Так в чужих белоснежных платьях
Мы танцуем на странном баллу,
Где в таких же платьях и дядьки.
Платья тоже им, кстати, жмут.
И все как бы счастливы вместе:
Не нелепо, когда толпа.
Жених в платье подходит к невесте,
И невеста ведь польщена!
А оркестр играет музЫку,
Задавая танцулькам ритм.
В этом ритме танцуем тихо,
Но оркестр все громче гремит.
По утрам только чай в палате.
По ТВ — только Первый канал.
Там их дядька в знакомом платье
Четвертый танец оттанцевал.
* * * * *
Люби меня, как я люблю
Люби меня, как я люблю
Тебя, твои прикосновенья,
И пробужденья поутру,
И сладко-страстные забвенья.
Люби меня, как я люблю
Всё то, к чему ты прикасалась.
Я этот гимн тебе пою,
Бесчетно много слов осталось.
Люби меня, как я люблю
С тобой закатом восхищаться.
Люби меня, я так прошу,
И сердцу некуда деваться.
В глаза слезинкой посмотри:
Люблю тебя, боготворю;
И крепко-крепко обними,
Люби меня, как я люблю.